У престола Бога, в утро райских нег, все мы видеть станем красный, красный снег!
victor razine
СТАЛИН
большевизм и брежневизм

Александр Проханов
Пятый Сталин
Сталин — это явление русской истории на всей её тысячелетней протяжённости. Сталин — это всплеск русского времени, с вершины которого видна бесконечность. Сталин — это циклотрон, разгоняющий государство Российское до сверхвысоких скоростей, направляющий русский удар в чёрное "яблочко" мирового зла. Сталин является аксиомой русской государственности.
Les atomes bureaucratiques ne trouvent l'essence commune de leur droit que dans la personne de Staline. Staline est ce souverain du monde qui se sait de cette façon la personne absolue, pour la conscience de laquelle il n'existe pas d'esprit plus haut. «Le souverain du monde possède la conscience effective de ce qu'il est – la puissance universelle de l'effectivité – dans la violence destructrice qu'il exerce contre le Soi de ses sujets lui faisant contraste». En même temps qu'il est la puissance qui définit le terrain de la domination, il est «la puissance ravageant ce terrain».

Guy Debord
La Société du spectacle
Принято считать, что господа, громче всего ноющие о потере всего совдеповско-картонного, о размытии всех глиняных колоссов мещанской культуры застойных панелек, эстетизирующих эту культуру фильмов, песен и взглядов квартирных клопов — что именно эти господа и есть "сталинисты", что раз они связывают Сталина с "болгарской" стенкой и дачными вояжами за топинамбуром да вишней, то они и ратуют за возрождение главного, казалось бы, источника всего мучительно совкового. К счастью, эти господа на деле сталинистами, разумеется, не являются.

На старости лет, незадолго до своей смерти, великий Молотов сказал: "Никогда не пожалею, что действовал очень круто". Он сказал это о тридцатых годах, об эпохе обострения классовой борьбы в организме молодого советского государства. И именно в этих словах Вячеслава Михайловича Молотова проступает образ сталинизма подлинного, сталинизма однозначного и сталинизма бескомпромиссного. Сталинизм — это действовать так круто, как только можно. И никогда об этом не жалеть.

Не жалеть земли на Коммунарке. Не жалеть. Не жалеть армий и солдат, идущих на прорыв, идущих сквозь боль и смерть к Победе. Не жалеть. Не жалеть ничего, никого и никогда. Использовать все ресурсы безоглядно на морально-этические нормы буржуазии и её обслуги. Не взвешивать риски, не трусить, не лукавить — бить критикой, бить словом, бить пулей врага внутри своих границ и вне их. Сталинизм — это безжалостный удар ледорубом, это беспощадный расстрел всех неуверенных, всех замешкавшихся и засомневавшихся.
Сталинизм логическое завершение большевизма, причём не только ленинского. У оснований логики сталинизма немало и богдановских уроков Бухарина. Что Бухарин выгорел, предал Революцию в конце жизни - дело десятое. Его уроки двадцатых годов были сталинизму хорошей школой. Как и уроки богдановско-вперёдовского радикализма, максималистской непримиримости настоящего сталинизма. Богданов по-сталински был против мирного сосуществования с буржуазными правилами. Богданов стоял у истоков сталинского преобразования науки, её постановки на служение делу рабочего класса и пролетарской революции, её преображения в коммунистическую науку. Он же создал ту концепцию пролетарской культуры, которую творчески развили бойцы культурного фронта тридцатых годов, первые руководители советских культурных учреждений. Бухарин, самый результативный ученик Богданова, стал в конечном итоге выразителем гениальной системы государственно-партийного аппарата, архитектором которой был Сталин.

Конституция 1936 года, этот терновый венец Революции, является лучшим памятником беспредельному господству чистого большевизма.

Модернистская решимость, однозначность, непреклонность и радикализм так же присущи чистому сталинизму.
Сталинизм говорит:
это Сталин, это партия, это советский народ построили заводы и фабрики по всей стране, создали с нуля Магнитку, вырыли Беломорканал и возвели величественные Волжские ГЭС;
это Сталин, это партия, это советский народ десятью яростными ударами выбили фашистскую гниду из пределов Союза и разбили ей голову об осколки Бранденбургских ворот;
это Сталин, это партия, это советский народ расстреляли десятки тысяч предателей и паразитов, чтобы миллионы и миллиарды людей могли не идти, а бежать к социалистической мечте.
Маловажно, что уровень развития производительных сил не дал им взять эту мечту, эту вершину. Сегодня нам важен их пример, пример их единства, верности и товарищества.

Равняться на товарища Сталина, быть достойным имени большевика, не бояться крови и лишений, как не боялись их отцы Революции, — это то, чего должен всю свою жизнь держаться каждый, кто смеет звать себя коммунистом. Продолжать дело товарища Сталина, давить народных врагов и поднимать имена социализма и Родины на недостижимую высоту — вот его коммунистическая работа.

~
Полной противоположностью настоящему, сталинскому большевизму, являются отродья хрущёвско-брежневской системы бюрократизации — продукты мещанской культуры и морали позднего СССР.
Как более чем верно сказал товарищ Дебор, "сталинизм был царством ужаса и для самого бюрократического класса". Непреклонность, суровость и максимализм сталинской политики, сталинской культуры и морали были невыносимы для той контрреволюционной силы, которая сидела внутри государственно-капиталистической системы советского хозяйственного организма. Бомба, заложенная в само основание большевизма не кем-то конкретным, но всей логикой развития европейского народного хозяйства начала прошлого столетия, сработала уже на XX съезде партии. Государство перехватило управление у Революции.

С тех пор и по сей день серость, тупость и мещанская благонадёжность, ханжеская порядочность и наигранная "доброта" стали основами государственной идеологии партии, предавшей Революцию, предавшей Сталина. Этот нафталиновый, могильный брежневизм сквозит сегодня из всех щелей: безыдейная, тугодумная и малоподвижная бюрократия, обслуживающие её вырожденцы-интеллектуалы и умственно-неполноценные журналисты постоянно говорят нам, как надо любить Родину, но не умирать за неё; как надо осуждать врагов, но не бороться, не убивать их; как надо наслаждаться, но не давать всему обществу быть в наслаждении, потому как это, дескать, фанатизм и сектантский экстаз.

Что характерно, даже контр-элитарные гады, типа либеральной падали из "Штаба поколения перестройки", заливаются ровно теми же постно-сонными стонами о постно-сонной одномерной мещанской мечте. Отчего оно так? Да оттого, что ценности бюрократической, кабинетно-квартирной мещанской сволочи идеально сложились один к одному с идеями постмодернистского общества интегрированного спектакля, вся суть которого в усыплении рабочего класса, в усыплении всего человечества. Воистину, плюрализм современного постмодернизма и умеренность наших государственных пигмеев - два сапога пара.
Следовательно, умеренность, плюрализм, стремление к покою - контрреволюционны, антикоммунистичны. Настоящий большевик всегда напивается до белой горячки, всегда убивает до последнего патрона, всегда беспокойно умирает в петле или у стены, глядя широко открытыми, горящими здоровым безумием глазами на своих по-настоящему сумасшедших палачей. В этом смысл, в этом наша стратегия.
Брежневизм трусливо осуждает всю радикальную сцену, он боится энергии и красоты тех, кто не стесняется быть сталинистом по духу. Потому брежневизму невыносимы южинский кружок, чёрный интернационал, национал-большевизм и культура имиджборд. Брежневисты, что левые, что правые - все они мнят себя блюстителями порядка, "вечных ценностей" и здравого смысла.

Но не бывать больше на Руси порядку дегенеративного сна, ценностям дрёмы и здравому смыслу сытой бюрократ-мещанской мрази. С 24 февраля 2022 года и до конца дней России мы будем жить в царстве натиска, в Империи Победы и радикализма миллиарда сталинских прорывов.
Там где мы, там центр Ада.
ПОЗИТИВНАЯ ПРОГРАММА
что должно быть сделано для Революции прямо сейчас
Национализация
Национализация имущества всех иностранных компаний, а так же собственности компрадорской буржуазии и её пособников.
I
Коллективизация
Всего среднего и малого бизнеса. Введение рабочего контроля на предприятиях средней и мелкой буржуазии, создание профессиональных федеральных корпораций.
II
Репрессии
Углубление репрессий в отношении закостенелой бюрократии и окончательный разгром всех антиобщественных оппозиционных сил.
III
Антикопирайт
Отмена права интеллектуальной собственности, как главное условие технологического прорыва русских науки и промышленности.
IV
Дезурбанизация
Дезурбанизация посредством реколонизации исконно русских земель от Днепра до Урала.
V
Made on
Tilda